Написать ректору
Поступить
в ММА
Расписание
Оплата
Написать ректору
Форма обращения

Поступить в ММА

Оставьте заявку.
Наши специалисты с Вами свяжутся.








Написать ректору ММА









Отправить жалобу

Отправьте жалобу.
Наши специалисты с Вами свяжутся.








Перейти к отправке обращения







Тип обращения: (обязательно)


Форма получения ответа: (обязательно)













Получить консультацию приемной комиссии



Заполните форму, вам перезвонит специалист приемной комиссии и ответит на все ваши вопросы







captcha



Или позвоните по телефонам:
+7 (495) 632-00-78 +7 (495) 616-42-06

Write

Оставьте заявку.
Наши специалисты с Вами свяжутся.








+7 (495) 632-00-78
+7 (495) 616-42-06

Получить консультацию
приемной комиссии:
+7 (905) 717-27-53


Круглый стол в рамках МЭФ-18

Будущее экономики России: роль цифросферы (вызовы, угрозы, решения)

Так был назван Круглый стол, проведенный 4 апреля 2018 года в Московской Международной академии в рамках МЭФ-18. В его работе приняли участие 32 учёных различных вузов и научных организаций Москвы, Московской области, Санкт-Петербурга и других регионов России. С приветственным словом к участникам Круглого стола обратился ректор академии, д. филол.н. Л.М. Терентий. Модераторами обсуждения были д.э.н., профессор И.М. Братищев и д.т.н., профессор А.И. Комарова.
В дискуссии приняли участие: Алексеев С.К. – президент торгово-промышленной Лиги «Стрельна», Санкт-Петербург; Ведута В.Н. – д.э.н, профессор МГУ; Волков Д.В. – сотрудник ВЭБ «Капитал»; Евсеев А. – к.т.н., доцент МЭУ; Козельский А.Г. – зам. Гл. Редактора газеты «20/20»; Пителинский К.В. – к.т.н., доцент ММА; Субетто А.К – д.т.н., д.э.н. – Петровская академия (Санкт-Петербург); Трубицин С.К. – помощник депутата Госдумы; Рябцев – д.т.н., профессор МЭУ; Сапожников В. Н. – к.э.м., доцент ММА; Хубиев К.А. – д.э.н., профессор МГУ; Змиевской Г.Н. – к.т.н., доцент МГТУ им. Баумана; Богатов В.Р. (Омск), Глотов С.А. – д.ю.н. и другие

    На обсуждение было вынесено 3 вопроса:

  • 1. Новая цифровая реальность и ее глобальные последствия;
  • 2. Приоритетные задачи развития цифросферы, решение которых позволит управлять российской экономикой как макросферой;
  • 3. Внесение в отечественное производство моделирование и его превращение в общее свойство технологических процессов;

    Участники дискуссии отметили, что в конце второго десятилетия 21 века мировая экономика стала характеризоваться рядом особенностей. Они состоят:

  • • В плотности процессов и явлений, происходящих в экономике мира и в возрастающей неопределённости её развития;
  • • В резкой политизации экономических процессов и межотраслевых экономических взаимодействий;
  • • В серьезном обострении информационной войны в экономической сфере, накладывающейся на войну экономическую;
  • • В отсутствии общепризнанности мирового экономического лидера (им уже перестают быть США, но еще не стал Китай);
  • • В необычной бюрократизации деятельности экономических организаций: МВФ ВТО, экономического блока ООН и др.

В этих непростых условиях развёртываются 4-я и 5-я промышленные революции (на западном сленге: Индустрия 4.0 и 5.0), а также формируется 6-й технологический уклад (ТУ6). Их общим знаменателем стало бурное развитие экономической цифросферы и, в частности нано-, биоинженерных, информационных, телекоммуникационных, компьютерных и кибертехнологий.
К сожалению, отмечали выступающие, ситуация по всем направлениям инновационного развития в России остаётся крайне неблагоприятной. И прорыв, о котором говорил Президент страны В.В. Путин, нам приходится начинать с «низкого старта». В среднем у нас в стране используется лишь 8-10% инновационных идей, тогда как у наших «партнёров», к примеру, в США – 62%, в Японии и того больше – 95%. Российская заводская наука выполняет только 6% НИР, а в компаниях стран ЕС – 65%, в Японии – 71%, в США – 75%.
Отсюда вывод, к которому пришли участники Круглого стола: переход к цифроэкономике (многие склонны называть её киберэкономикой) требует преодоления стратегической неопределённости в экономическом развитии страны и ориентации на мобилизационное проектирование и интегрированное прогнозирование.
В России понятие «цифровая экономика» стало активно обсуждаться с заметным опозданием примерно с весны 2017 года после того, как В.В. Путин связал его с проблемами национальной безопасности, независимости нашей страны и конкурентоспособности отечественных компаний. Нельзя не отметить, что и бывший президент США Обама в своей прощальной речи (2016 г.) коснулся этого понятия, отметив, что «цифровая экономика – это экономика цифрового мира, в котором сделки и транзакции осуществляются алгоритмически на основе интеллектуального анализа больших данных». Думается, что логическое ударение здесь было сделано на двух моментах: «алгоритмически» и «большие данные» (bigdata).
В конце нулевых годов в Англии была разработана целая стратегия национальной цифровой безопасности, где фиксируется, что: «Цифровая безопасность британской экономики – это безопасность киберфизических систем, где виртуальность и реальность слились в единую цифровую среду». В 2011 году парламент страны принял закон «О развитии цифровой экономики». Наконец, в КНР заявлено о необходимости реализации «Системы цифрового социального (общественного) доверия», предполагающей на основе анализа больших данных уже к 2020 году отслеживать не только каждую компанию, но и каждого своего жителя, оценивая их деятельность по балльной системе.
Получается, что цифровую экономику некорректно отождествлять только с интернет-экономикой. Это вся экономика, функционирующая в условиях полной информационной транспарентности, т.е. прозрачности, где каждое действие экономических субъектов фиксируется, проверяется и запоминается и где постоянно действуют обратные связи.
Таким образом, цифровая экономика – это априори экономика не рыночная. Но тогда какая? Обозначим ее термином новая. Но в чем состоит ее новизна? Попробуем разобраться. В первую очередь новая экономика предполагает наличие базы макроданных, т.е. «больших данных», очищенных от повторного счета, достоверных и получаемых в реальном времени. Во-вторых, это совокупность вычислительных алгоритмов, т.е. систем материальных операций (вычислений), осуществляемых по строго определенным правилам. Последовательное их выполнение приводит к решению тех или иных экономических задач.
В-третьих, это новые коммуникационные сети, позволяющие экономическим субъектам взаимодействовать между собой или с теми или иными объектами и получившие название человеко-машинные интерфейсы. Наконец, в-четвертых, это совершенно новая организационно-правовая форма экономики, возникшая в результате движения производства от мануфактуры к его современным формам. Как известно, мануфактуры породили первую промышленную революцию. В результате второй возник конвейер. Третья промышленная революция привела к созданию платформы цифровой экономики, как ее несущей конструкции в виде определенной программной и аппаратной среды, в которой нет рыночной конкуренции кроме конкуренции за право вскочить на эту платформу. Все же остальное – это алгоритмы, это программы, по которым осуществляется современное производство, логистика и потребление.
Несколько слов о том, что происходит с новой экономикой в России. В мировом экспорте-импорте продукции высоких технологий в т.ч. основанной на цифровизации доля нашей страны составляет только 0,3%. У нас нет ни одной компании, которая бы за 5 лет достигла капитализации выше миллиарда долларов (такие компании называют «единорогами»). Более 80% исследователей по ключевым направлениям НТП, входящих в «Топ-1000», не покладая рук, трудятся за рубежом. Только с 2014 года по настоящее время Россию покинуло 250 тысяч программистов-разработчиков, инженеров-конструкторов, биотехнологов и других специалистов так нужных цифровой экономике.
Считается, что новизна цифровой экономики состоит и в том, что она в силу гибкости технологий позволяет оптимизировать производство, а в известном смысле и потребление за счет быстродействия, памяти и консолидации информационно-вычислительных систем. Создается возможность не только «оцифровать» всё или почти всё, но и целенаправленно (в том числе экспериментально) управлять социально-экономическими процессами путем обработки «больших данных», проектировать новые продукты, а также любые виды массовых, групповых и индивидуальных сознаний посредством адаптации многих полезных функций жизнеобеспечения, главным образом, подчиняющихся алгоритмизации (так называемые «беспилотные системы»).
Цифровая экономика кардинально удешевляет производственные и логистические процессы. Создавая возможности в своих принципиальных основах для достижения абсолютной эффективности, цифровая мегасистема объективно требует: максимальной осведомленности о работе всех своих подсистем; тотального охвата всей техно-, социо- и природной среды.
Таким образом, сама логика цифровизации формирует способность удерживать в относительно постоянном состоянии (гомеостазе) глобальную систему сбора, обработки и использования информации («больших данных»). Вместе с тем, цифросфера продолжает оставаться вещной средой с включением в нее электромагнитного поля, которое мы не замечаем, как не замечаем воздух, необходимый нам для дыхания. Но она позволяет оптимизировать те процессы, решение которых человек уже осуществил. То есть, машина («железо») помогает человеку, но сама никакой новой реальности не создает. Отсюда и ответ на вопрос:
соотносится ли «цифроэкономика» с задачей самодостаточного, устойчивого развития нашей страны, крайне актуализированной всё возрастающей гибридной агрессией против нас со стороны «коллективного Запада».
Суммируя сказанное, можно обозначить приоритетные проблемы в этой не простой сфере. Их решение во многом может определить будущее нашей страны. Так, во-первых, независимо от характера ценностей и уровня контроля над потоками информации «цифроэкономика» меняет фундаментальную основу экономической и финансовой «матрицы» общества, заменяя гениальный механизм товарно-денежного эквивалентного обмена деятельностью и результатами деятельности, по существу, новым всеобщим Госпланом, формирующимся как центральное звено управления экономикой.
Во-вторых, в том технологическом виде, в котором «цифроэкономика» развивается в современном мире, она порождает потребность в системных технологических прорывах и новых способах обработки информации. Последнее пока что развивается за пределами России и без ее участия, чему в немалой степени способствовали уничтожение ряда отраслей обрабатывающей и электронной промышленности, явное отставание экономической мысли и управленческой практики от современных требований и мировых стандартов.
В-третьих, цифровую мобилизацию надо начинать с новой индустриализации, с протекционизма и ставки на выпуск конечных изделий, а не сырья и полуфабрикатов.

Яндекс.Метрика